За право говорить по-русски
Писатель из Березово Леонид Бабанин еще в начале «Русской весны» побывал в Донбассе. Совсем недавно югорчанин вновь побывал на передовой специальной военной операции. После этого родился новый очерк «Кукушка, кукушка, сколько мне жить?».
Вот как сам Леонид рассказывает о нем: «Скажу честно – меня никогда не интересовал как творческого человека – человек с ружьём. Считаю, у русского человека на генетическом уровне инстинкт быть защитником, воевать, стоит на первом месте. Сними со сцены Большого театра танцора в белых лосинах, переодень его в военную сбрую, потренируй, и будет воевать, как будто воевал всю жизнь. В мой творческий прицел всегда попадает его величество человек».
Мы предлагаем вашему вниманию очерк Леонида Бабанина в сокращении.
СВО. Прифронтовое село километрах в пятидесяти от линии боевого соприкосновения. Только разговорились о дне сегодняшнем с местными жителями, женщинами и мужчиной, как услышали зловещее жужжание беспилотника. Вжик, – протяжно прошипел он, вираж – и снова к нам. Страха ни у кого не было, было понимание того, что надо прятаться. Не сговариваясь, все кинулись в подвал к хозяину дома. Склонившись, он запускал нас, и, судя по всему, было для него это делом привычным. Первой вбежала в земляное укрытие, похожее на нору, тучная женщина с запотевшими от жары подмышками, после девочка лет семи, за ними я, за мной – ещё одна пожилая тучная дама. Слышал, как мужичок у меня за спиной, закрывая вход в подвал листами шифера, кричал дрону:
– Да мирные мы, мирные, старые, знаешь же нас, улетай отсюда!
Маленькая девочка, видно, зная, что такое дрон, с детским бесстрашием прокричала:
– Дрон, дрон, а сколько мне жить?
В голосе её звучал холодок, было понятно, что она вкладывала в эту фразу какой-то особый смысл, как будто был у неё с дроном свой страшный счёт...
Нейросеть
